ПОЛОСА 11

Представьте себе

Время встречи изменить нельзя

В день рождения Владимира Высоцкого меня пригласили в аудиторию местного университета. Мол, хороший информационный повод – какие-то мужики будут петь для студентов и преподавателей песни Владимира Семёновича. Я бы не повёлся, но подкупила информация, что эти дядьки входят в некий клуб по интересам под названием «Плеяда», который собирается каждую пятницу в каком-то гараже...

Время встречи изменить нельзя Время встречи изменить нельзя Два лабуха по жизни: человек-оркестр Александр Пилипочкин (на переднем плане) и тоже много на чём играющий Павел Неретин Два лабуха по жизни: человек-оркестр Александр Пилипочкин (на переднем плане) и тоже много на чём играющий Павел Неретин Виктор Тислёнок и Владимир Шнеур: «Мотив знакомый, даже старый» Виктор Тислёнок и Владимир Шнеур: «Мотив знакомый, даже старый»
Два лабуха по жизни: человек-оркестр Александр Пилипочкин (на переднем плане) и тоже много на чём играющий Павел Неретин Виктор Тислёнок и Владимир Шнеур: «Мотив знакомый, даже старый»

«В наш тесный круг не каждый попадал»

В тот вечер на импровизированной сцене университетской аудитории пели четверо: Александр Пилипочкин, Павел Неретин, Мирон Фишбейн и Игорь Маргулис. Аудитории их представил Николай Бурындин, а его самого представили как президента клуба.

Я-то думал, что созданием своих музыкальных групп увлекается в основном молодёжь, а людям взрослым полагается интересоваться чем-то вроде гольфа или верховой езды. А тут мужикам за полтинник (иногда и немало за)- а они песни в гараже поют. Просто «Элен и ребята» какие-то. В общем, в ближайшую пятницу я таки напросился в гости.

«В пятницу вечером. Ровно в шесть часов»

Кто там в небесах благоволит журналистам? По всей видимости, он (или она?) обратили на меня свой взор: в «приглашённую» пятницу, 1 февраля, президент «Плеяды» отмечал свой день рождения. «Здорово! – подумал я. – Наверняка соберутся все члены клуба, и я с ними в спокойной обстановке пообщаюсь. Только вот интересно, как они все вместе, да ещё с аппаратурой и ударной установкой в один гараж помещаются?» Представляя размеры стандартного гаража, под «все» я подразумевал максимум человек десять. Не угадал. Автомобиль терялся где-то в глубине гаража, абсолютно не мешая расположить и музыкальные инструменты, и немаленький стол, за коим уже сидело человек восемь.

– Проходи, садись, пока никого нет. Сейчас остальные подтянутся. Правда, сегодня мы собираемся в усечённом составе – многие прийти не могут, – с порога удивил меня именинник.

«Усечённый состав» – это около двадцати человек. Некоторых я знал довольно хорошо, с некоторыми был едва знаком, большинство же видел в первый раз. Директора предприятий, автомеханики, чиновники, «ипэшник», профессор, матерщинник, глава КФХ, пенсионеры, банковский служащий... Сначала я раздумывал над вопросом «Что может быть общего у таких разных людей?», а потом махнул на это дело.

На столе не та закуска, которой обычно накрывают капоты автомобилей любители гаражных посиделок, а фирменная «плеядовская» уха, жаркое, домашнее колбаса и сало, салаты, солёные грибочки...Чем не ресторан? Тем более, что прямо под живой звук и в «зале» не курят. На столе не та закуска, которой обычно накрывают капоты автомобилей любители гаражных посиделок, а фирменная «плеядовская» уха, жаркое, домашнее колбаса и сало, салаты, солёные грибочки...Чем не ресторан? Тем более, что прямо под живой звук и в «зале» не курят. «А потом пришёл Маргулис и такое началось!» - приветствовали музыканты запоздавшего товарища. «А потом пришёл Маргулис и такое началось!» - приветствовали музыканты запоздавшего товарища. «Удар, удар...Ещё удар...Опять удар - и вот». За ударниками Владимир Небураковский. «Удар, удар...Ещё удар...Опять удар - и вот». За ударниками Владимир Небураковский.
На столе не та закуска, которой обычно накрывают капоты автомобилей любители гаражных посиделок, а фирменная «плеядовская» уха, жаркое, домашнее колбаса и сало, салаты, солёные грибочки...Чем не ресторан? Тем более, что прямо под живой звук и в «зале» не курят. «А потом пришёл Маргулис и такое началось!» - приветствовали музыканты запоздавшего товарища. «Удар, удар...Ещё удар...Опять удар - и вот». За ударниками Владимир Небураковский.

«Вы хочете песен? Их есть у меня!»

– Знают все песни, – убеждал меня один из гостей. – Какую скажешь – исполнят.

– Это как в старом анекдоте про лабуха и мартышку, – пояснил мне про «все песни» Александр Пилипочкин, который поочередно играл на всех имеющихся в гараже инструментах. – В стакан с виски одного клиента мартышка пианиста всё время макала кончик хвоста (пусть будет хвост, ладно?! – прим. авт.). Тому надоело и он пожаловался хозяину: «Эй, маэстро! Твоя мартышка мочит хвост в моём стакане!» Тот согласно кивнул, взял аккорд и запел: «Твоя мартышка мочит хвост в моём стакане! Твоя мартышка мочит хвост в моём стакане!». Вот так и мы все песни знаем.

Поют в гараже в основном, конечно, ретро: Визбор, Высоцкий, Розенбаум... А песня Александра Городницкого про жену французского посла, вообще, чуть ли не гимн «Плеяды».

Признаться, давно я не получал такого удовольствия от концерта! Дело даже не в вокальных или исполнительских талантах. Где ещё можно увидеть, как старается профессор, выводя свою партию с хулиганским свистом и притопыванием? А как вам человек, благодаря национальности которого мы ещё называемся Еврейской автономией, душевно поющий «Извозчика» Александра Новикова, не запинаясь на явно антисемитском: «Выплеснуть бы в харю этому жиду...»?

«И спою вам... Если я на что-нибудь гожусь»

– Мы здесь собираемся, чтобы избавиться от отрицательной энергии, которая за неделю накопилась, – в приватной беседе поведал мне виновник торжества.

Избавляться от отрицательной энергии Николая Егоровича научили ещё в 70-х. За критику руководства завода, на котором он трудился, Бурындина заставили положить на стол комсомольский билет. Сейчас это тема для шуток, тогда ему, наверное, было совсем не смешно.

– Здесь никто не напивается, нет жестких споров, мы не трогаем острые или политические темы. Мы сюда приходим не для того, чтобы себя взвинчивать. Просто отдыхаем, немного выпиваем и поём. Жёны знают нашу традицию и нормально к этому относятся. Если вдруг у кого-то возникнет сомнение, милости просим. Приходили, сидели с нами, успокаивались...

У президента «Плеяды» аура такая что ли, успокаивающая? Я его едва знал, а в компании мне уже было как-то хорошо и покойно. Может, не только ради песен и вкусной ухи мужики стремятся сюда каждую пятницу? Как там у Розенбаума? «Так поскучаем, чтобы радостней была минута нашей встречи. А она уже не за горой»...

Смотреть фоторепортаж

Олег КОТОВ