Как пишет журналист «Ди Вох», применить соответствующие статьи УК к сельским «художникам» крайне затруднительно. Строение является бесхозным, следовательно и потерпевшей стороны во всей этой истории как бы нет.
БИРОБИДЖАН, 22 декабря, «Город на Бире» – Как раз с того самого места, где сейчас стоит памятник российско-китайской дружбе, в 1969 году я впервые увидел сопредельную китайскую сторону. Мне было не больше одиннадцати лет. На противоположном берегу Амура просматривались только ветхие фанзы, покрытые соломой. По реке шли теплоходы. Они гребли огромными, как мне казалось, колесами с лопастями, а с бортов до нашего берега доносились звуки вальса «Амурские волны». Правый берег казался загадочным, но враждебным, потому что взрослые часто вспоминали о Даманском острове на Уссури, где весной того же года в результате китайской вооруженной агрессии погибли 58 наших пограничников...
Символический камень, заложенный на месте площади, залит краской.
НА ПРОТИВОПОЛОЖНОМ берегу сейчас и без бинокля хорошо виден посёлок Мишаньчжэнь, что по-китайски означает «Маленькая гора». Всего две улицы, застроенные комфортабельными гостиницами. Они, правда, чаще всего пустуют. Есть еврейский культурный центр и синагога. Раввина нет. И прихожан тоже нет. Синагогу построили в расчёте на российских туристов из Биробиджана.
НА АМУРЗЕТСКОЙ ЧАСТИ побережья соседями из Поднебесной выстроена площадь вечной дружбы между Россией и Китаем с блестящим монументом в центре. На двух высоких цилиндрах стоят скульптуры мужчины-европейца и женщины-китаянки. В крепких руках они держат шар, видимо, символизирующий планету Земля. Их позы чем-то напоминают скульптуру Мухиной «Рабочий и колхозница», только наши товарищи держат в руках серп и молот, а китайские – целую планету. Их лица обращены в сторону Мишаньчжэня. На монументе – надпись на китайском языке, говорящая о дружбе между Китаем и Россией, передающейся из поколения в поколение.
Другое дело – надписи на основании памятника. О дружбе с Китаем здесь ни слова. Зато многое – о характере внутренних взаимоотношений отдельных жителей села Амурзет, их имена, фамилии, клички... Характеристики на селян, думаю, можно прочесть даже с противоположного берега Амура. Как ни крути, к элементам народного вандализма относится не только нецензурщина, но и относительно приличное «Здесь были мы», «Сёма», «Алёнка» и «Я тебя люблю». А ведь те, кто этот памятник подарил, очень может быть, гордятся своим поступком и результатом работы китайских строителей и художников.
Площадь вечной дружбы между Россией и Китаем. Какая есть.
ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ 80-х я был в командировке в селе Пузино вместе с покойным ныне биробиджанским писателем Романом Самойловичем Шойхетом. Ночевали в доме у его друзей. Старики вспоминали времена, когда жители села свободно ходили через Амур в гости к китайцам, а те – к ним. Это была дружба, которой не ставили памятников. Взаимное уважение было замешано на куске хлеба, поделенном поровну. Представляю, как возмущались бы они происходящим сейчас. Но Романа уже давно нет в живых, а тем, кто живет в непосредственной близости от площади российско-китайской дружбы до хулиганства и вандализма, видимо, дела нет.
Как часто у нас случается, лиц, ответственных за внешний вид памятника, найти не удалось.
Глава Амурзетского сельского поселения Николай Валентинович ШАЛЯПИН сказал, что сооружение на балансе поселения не стоит, и что денег, имеющихся у села, не хватит, чтобы памятник восстановить.
Заведующая отделом культуры администрации Октябрьского района Людмила ПАРУНОВА сказала, что памятник не является объектом исторического или культурного наследия, на балансе этот памятник ни у кого не стоит, и на настоящий момент и не определено, кто должен за ним следить. В 2007 или 2008 году памятник ремонтировали совместными усилиями администрации района и сельского поселения, но там снова «стала собираться молодёжь, всё разбомбили, исписали».
– Такой же, как у нас, памятник стоит напротив, на территории Китая. Только там мужчина китаец, а девушка русская. Тот памятник стоит как новый, в том же виде, как его установили, – заметила Людмила Александровна.
В УГОЛОВНОМ КОДЕКСЕ РФ существуют статьи 167 – умышленное уничтожение или повреждение имущества, 214 – вандализм, и 243 – уничтожение или повреждение объектов культурного наследия. Вот только применить их к сельским «художникам» крайне затруднительно. По сути строение является бесхозным, следовательно и потерпевшей стороны во всей этой истории как бы нет.
Попытаться исправить ситуацию могли бы местные законодатели, пусть даже и по подсказке прокуратуры. Появится у памятника хозяин – он автоматически будет наделён не только обязанностями по содержанию монумента, но и всеми правами собственника.
Бесхозная площадь вечной дружбы между Россией и Китаем вряд ли станет поводом к международному конфликту, но репутации россиян она точно не идёт на пользу. И пусть нашей суровой душе такая «дружба на век» видится немного плакатной, это не повод пренебрегать знаками внимания. Мы же искренне возмущаемся, когда видим сообщения о том, как вандалы разрушают памятники истории Великой Отечественной войны в странах Европы. А они там, наверняка, тоже ни у кого не стоят на балансе. Вот, думаю, и китайские соседи не в восторге от пренебрежительного отношения к проявлению их дружбы. Правда, пока молчат об этом.
Александр ДРАБКИН