Проблемы городских окраин заинтересовали журналиста «Ди Вох»

В этот раз сотрудник газеты прогулялся по Кузнечному переулку


Уровень наклона предупреждает об опасности.
Жаль, что люди чаще смотрят себе под ноги, чем вверх.

БИРОБИДЖАН, 19 сентября, «Город на Бире» - «Стойте, стойте! Вы, случайно, не из мэрии?..» Оборачиваюсь. Мужчина средних лет. В глазах – надежда. Узнав, что из редакции газеты, разочарованно вздыхает, но потом говорит, что и это хорошо: «Вам будет интересно. Вот, посмотрите, что у меня тут творится!» Показывает куда-то вверх. Прямо надо мной угрожающе навис бетонный столб электролинии. Отскакиваю в сторону. Не нужно быть особо умной, чтобы понять губительный результат резкого контакта опоры ЛЭП с хрупким человеческим тельцем. Я живо представила, как мои маленькие наручные часы превращаются в большие настенные… Бррр! А вот Сергей БЫВШИХ каждый раз выходя из собственного дома рискует стать «бифштексом».

Ничейный
Дом Сергея Бывших находится на берегу Безымянного ключа по Кузнечному переулку. Эстетического удовольствия, посетив этот участок Биробиджана, я не испытала. Разве что кирпичный дом, который строит Сергей Александрович, разбавляет унылый пейзаж в тонах хаки. Старый дом, деревянный, стоит рядом. Выходя из калитки, жильцы каждый раз рискуют жизнью. Да и не только они. По вечерам здесь часто бегают дети. Частный сектор – где ещё подросткам гулять, как не на улице?! Покосившийся столб электролинии к питанию, слава богу, не подключен. Но угол его наклона недвусмысленно свидетельствует о том, что трагедия может случиться в любой момент.
– Я, конечно, звонил в «Электросети». Но там мне сказали: «Столб не наш». А вот чей он тогда?! Не так давно тут вели работы, болото вроде как чистили, трубы меняли. Слышал, в сентябре ещё будут что-то чистить. Приезжали специалисты мэрии. Я им говорю, мол, смотрите: он же скоро рухнет нам на голову! Они посмотрели, походили вокруг и уехали, – рассказывает хозяин дома.
Кому принадлежит старая электроопора, до сих пор непонятно. Между тем болотистая почва явно отторгает её бетонную основу, наклоняя с каждым днём всё ниже. Жители Кузнечного переулка уверены, что про их проблему успешно забыли.


Александр Лопатин: «Вода из подвала ушла, оставив на полу вонючую липкую жижу».

Безымянный
Ключ Безымянный известен в городе тем, что в одной его части (напротив Бумагина, 7) всё время проводятся субботники, а в другой (в районе обувной фабрики) растут лотосы. Про третью часть обычно никто и не вспоминает. Кроме жителей Кузнечного переулка, конечно. Правда, ничего доброго про этот ключ они сказать не могут. Хотя раньше, говорят, вода здесь была чистейшая, можно было даже рыбу поймать.
– В 2009 году в месте впадения ключа в Биру поставили плотину. Уровень воды поднялся более чем на полметра. У нас стало топить подвалы. Даже дождя не нужно – и так вода стоит. Ещё тогда мы писали в мэрию письмо – коллективное, вместе с соседями. У меня до сих пор копия лежит. Ответа в положенный срок нам не поступило. Последний раз к нам приезжали депутаты гордумы и люди с ЖКХ года полтора назад. Мы говорили им о проблеме, но толку нет. В подвале невозможно хранить ни овощи, ни картошку – ничего. Идет запах сырости, гниёт фундамент, – делится наболевшим житель Кузнечного переулка Александр ЛОПАТИН. – В 2013 году, когда дожди шли, вообще было невозможно. Но я уже не стал писать и звонить никуда, потому что в наводнение были люди, которым пришлось гораздо хуже, чем мне. Наша территория превращается в болото. Вот огород – раз копни, а там вода. Чтобы она уходила, нам поставили две отводящих трубы. И подсыпали дамбу. Трубы установили слишком высоко, и вода туда не сливается. Они просто стоят, не выполняя свою функцию! Видимо, нет у нас инженеров умных. Кто-то же придумал их именно так поставить! А куда экологи смотрят? Я вижу решение проблемы так: пусть тот, кто эти работы делал, переделает их за свой счёт и опустит трубы ниже.
Александр боится, что вода снова поднимется, когда пойдут осенние дожди. Сейчас из подвала дома она ушла, оставив на полу илистую субстанцию. А мужчина затеял вынужденный ремонт. Дом деревянный. Пол прогнил, да и стены напитались сыростью, доски разбухли.


Дом увяз в трясине. Для полной картины не хватает грустной Алёнушки в болотных сапогах.


Забытый
С 2013 года я общаюсь с жителями дома на Шолом-Алейхема, 83. В подвале там постоянно стоит вода. Проблема её откачки – давний конфликт жильцов и управляющей компании. Представители «управляйки» винят во всем проектировщика здания. А он, в свою очередь, сетует на износ сетей и неправильную эксплуатацию своего проекта. Этот случай я привожу здесь не случайно. Ключ Безымянный играет тут свою роль. Биробиджанцам, чьи дома расположены на берегу этого ключа (неважно, в каком районе), приходится несладко. Волей-неволей они изучают историю коммунальных сетей города. Так, люди знают, что в устье ключа стоят насосы, которые должны бы лишнюю воду откачивать в Биру, но по неведомым причинам не спасают от воды в подвалах. Получается, что необходимые для города работы по осушению территории вроде как выполнены, только результатов люди не видят. Не знаю, как в этом году, но два лета подряд дом на Шолом, 83, стоял в воде. Так же страдают жители Кузнечного переулка. Вроде бы система отвода установлена, а в болоте всё громче квакают лягушки. Такой формальный подход к выполнению работ не может не возмущать, поэтому вполне понятен народный гнев в сторону мэрии и коммунальщиков. Люди думают, что про них забыли, как забыли про ключ Безымянный, который приносит массу хлопот: от затопленных подвалов до накренившихся электроопор.


Вода почти не уходит через эти трубы. Люди считают, что работы были выполнены неправильно.

Смириться?
«Начальник в отпуске, главный инженер на выезде». Консультаций о том, кто должен следить за состоянием старых опор ЛЭП, диспетчер не даёт. А между прочим именно сюда, в городской район предприятия «Электрические сети ЕАО», советовала обращаться гражданам в подобных случаях специалист по связям с общественностью этой организации. Значит, выход для жителей – заявление в письменной форме? Уже представляю, как в течение установленного законом срока его будут рассматривать, а в это время столб ухнет кому-то на макушку, навсегда лишив возможности жаловаться. Как сказал первый заместитель главы мэрии города Сергей СОЛТУС, письменное заявление всё же единственный вариант. К сожалению, система телефонной работы с обращениями граждан отлажена далеко не в каждой организации.
– Если опора не принадлежит электрикам, она вполне может быть брошенной, принадлежать заводу ДСМ, например. У нас и такие случаи есть. Если по суду её признают бесхозной, то через год она переходит в ведение мэрии, – объяснил Сергей Владимирович.
В том случае, если столб всё-таки принадлежит электросетям, они будут вынуждены выехать на место и решить проблему. С болотом, из которого торчит электроопора, дело обстоит сложней. Предприятие, предоставившее проект дамбы, на данный момент банкротится. Организация «ДСКом-1», подрядчик, выполнила работы в соответствии с этим проектом, в который входила и реконструкция участка улицы Шолом-Алейхема. Однако ошибки проектировщика в расположении труб и определении высоты дамбы, по словам первого заместителя главы мэрии, нет:
– Дамба – палка о двух концах. С одной стороны, она не позволяет воде хлынуть в город. С другой, отчасти блокирует сток воды из города. Нам важнее защитить город. Предыдущие два года и во время паводка мы устанавливали в устье Безымянного насосы. Информация о том, что идет вода, поступает к нам за 12 часов до подъёма из поселка Бира. За это время мы монтируем станции. На данный момент такой необходимости нет, хотя уровень грунтовых вод и высокий. Но город стоит на болоте. На улице Комбайностроителей, 5, мы уже какой год видим это чудо природы: летом есть вода в подвале, а зимой её нет. А этот дом находится далеко от ключа Безымянного.
Судя по всему, жителям ничего не остаётся, как смириться с ситуацией. Оборудовать подвал: поднять уровень пола, поставить помпу на случай затопления или смастерить «железную рубашку». Проще говоря, адаптироваться к создавшимся условиям. Что ж поделать, как говорится, в болоте тихо, да жить здесь лихо.

Катерина ТЮЛЬКИНА