БИРОБИДЖАН, 25 июня, «Город на Бире» — Вы понимаете, – горячится Галина Николаевна, – правительство ЕАО не говорит ни да, ни нет, а хочется ясности! Отрасль животноводства Еврейской автономной области вообще нужна?! И вопрос Киселёвой далеко не риторический.
В СТАДЕ раддевского колхоза – 670 голов крупного рогатого скота. В год хозяйство реализует примерно 650 тонн молока и 60 тонн мяса. По федеральной программе каждый литр молока государство субсидирует 80 копейками. По ранее существовавшей региональной программе область выделяла ещё по 4 рубля 20 копеек за литр.
Субсидии на молоко – это ноу-хау не нашего региона и даже не России. Такие выплаты существуют во многих странах. Если не субсидируется само молоко, значит, государственная поддержка идёт на что-то другое: приобретение кормов, агротехники, оборудования...
В ЕАО с 2017 года подобную программу принимать перестали.
– Нет программы – нет порядка, – выводит простую формулу Галина Киселёва. – Есть программа – значит, не надо ходить по кабинетам, кого-то в чём-то убеждать, сидеть на совещаниях... Я в 2017-м встречалась с губернатором – с горем пополам решили проблему. В 2018-м нам выплатили субсидию после того, как я три месяца обивала пороги. Теперь 2019 год, уже июнь, программы развития животноводства нет. Почему каждый год всё надо решать в ручном режиме?!
СКАЗАТЬ, что в бюджете нашей области недостаточно денег, – не сказать ничего. Мы по праву занимаем нереспектабельные места в различных социальных рейтингах и лидируем как регион с самым бедным населением. Поэтому знать, какова цена вопроса для бюджета, считаю, важно. Четыре-двадцать за литр – это сколько?
– Около пяти миллионов рублей на всю область, – сходу удовлетворила моё любопытство Галина Николаевна. – Больше половины – на наше хозяйство.
Тут впору как минимум удивиться. Я не знаю, сколько человек работает в управлении сельского хозяйства, но чем они будут «управлять», когда Киселёва махнет на всё рукой и порежет скотину?! Я не интересовался, во сколько обходятся бюджету всевозможные выставки и форумы, где делегации от ЕАО показывают, как богата наша земля артистичными талантами (так как по большому счёту показывать-то больше и нечего), но если пару таких поездок пропустить, то вопрос с субсидированием молока точно можно закрыть.
В «лихие 90-е» в области насчитывалось порядка ста тысяч голов КРС, в начале 2000-х поголовье снизилось до пятнадцати тысяч, в 2016 году коров уже было не больше трёх тысяч, сейчас – около тысячи. Если Киселёва перережет всю свою скотину, то коров в автономии останется пара сотен.
Падение поголовья КРС никоим образом не сказалось на количестве чиновников в том же управлении сельского хозяйства. Как отметила Галина Николаевна, они теперь даже не интересуются, как идут дела в различных КФХ. «У них на бумаге всё хорошо: получили запрос – написали ответ».
ЧЕСТНУЮ ЦЕНУ за раддевское молоко биробиджанский скупщик не даёт. В соседней Амурской области хватает своих животноводческих хозяйств, которые власти поддерживают рублём. Зато молоко охотно покупает Хабаровск. И это притом, что свои фермеры в Хабаровском крае «молочную» субсидию получают – шесть рублей за литр. Некоторые горячие головы предлагали Галине Киселёвой поставить хозяйство на учёт в налоговом органе Хабаровского края. Не ради демарша, а ради тех самых шести рублей за литр. Но Галина Николаевна эту – в общем-то здравую – идею отвергает. Она много лет живёт и работает в ЕАО, пользуется землей, водой и другими дарами природы и уходить в другой регион, говорит, не будет принципиально.
Более-менее наладился в Биробиджане сбыт мяса. И всё равно мясо-молочное производство даёт в год примерно 39–40 миллионов рублей, а расходы составляют 38–39 миллионов. То есть на животноводстве колхоз работает практически в ноль.
Увеличивать поголовье смысла нет. Местность в Радде гористая, подходящих пастбищ не более 180 га – этого мало даже для имеющегося поголовья. К тому же они довольно далеко от посёлка. От коровника до летнего лагеря – больше десяти километров, такие «забеги» плохо сказываются на производительности животных, значительно поднять удои не получается даже летом. Да и тесновато бурёнкам в коровнике – он на пятьсот голов.
В 2018 году в хозяйстве Киселёвой забили 186 животных. За пять месяцев этого года – уже 191. Всего в этом году под нож пойдут четыреста голов. Если внятного ответа от правительства ЕАО получить так и не удастся, к 2021 году в Радде пустят на мясо практически всё стадо.
Последствия этого шага для села легко предсказуемы. Здесь живут примерно 350 человек. В колхозе трудятся человек тридцать. Считаем их семьи – уже больше ста человек, треть селян. Средняя зарплата в хозяйстве – до 35 тысяч рублей. Для отдаленного села это очень и очень приличные деньги. Задолженности по налогам у колхоза никогда не было и сейчас нет, а это значит, что и о будущей пенсии работники Киселёвой могут не волноваться. По крайне мере, на ближайшие два-три года они работой обеспечены.
ВЕТЕРИНАРНЫЙ врач Игорь ПАЩИН (на фото) окончил Бабстовский техникум в 2007 году. Он один из немногих в группе, кто уехал работать по специальности. В Радде Игорь женился (жена тоже трудится в колхозе), заочно окончил Дальневосточный государственный аграрный университет. Хорошие ветеринары и в городах нужны. Лечить домашних питомцев – дело благородное и доходное. Этим, собственно, и занимаются многие сокурсницы Игоря по ДальГАУ. Сокурсники предпочли непростой жизни в сельской глубинке стабильную службу в силовых ведомствах. А Игорь присматривает за колхозными бурёнками. Он наверняка слышал о доктрине «Продовольственная безопасность России», но в случае ликвидации колхоза вряд ли будет о ней переживать – тут семью бы прокормить, не то что всю страну.
Думаю, Пащины уедут. В той же Амурской области, житнице Дальнего Востока, им наверняка будут рады. Чтобы предсказать перспективы неквалифицированных рабочих, которые в случае ликвидации колхоза останутся жить в Радде, тоже не надо быть Павлом Глобой.
КИСЕЛЁВА пишет письма губернатору, председателю Заксобрания, главному федеральному инспектору, дальневосточному полпреду... Просит, чтобы программу приняли хоть на какой-нибудь срок. «Без программы нет будущего», – грустно констатирует она.
Просит, чтобы привели в порядок 15 километров дороги от Башурово до Радде, так как дорога эта очень плохая (вообще она плохая от Пашково до Радде – 42 км). К слову, на эту просьбу ей ответили. Раз, говорят, хозяйство у вас неубыточное, то и дорогу ремонтируйте сами. Железная логика. В Радде ещё и госграница проходит – пусть тогда колхоз обес-печит и неприкосновенность наших рубежей.
Просит, чтобы в конкурсах на поставку продуктов бюджетным организациям были отдельные лоты на продукцию животноводства, растениеводства и другое продовольствие, так как при одном общем лоте животноводы участвовать в торгах не могут в принципе: ну не выпускают они рожки, муку, рыбу, гречку, рис!..
Или просит просто признать, что животноводство в ЕАО не нужно. Тогда Киселёва с чистой совестью ликвидирует предприятие и уедет жить в Биробиджан. Но напрасно ждёт Галина Николаевна официальных ответов. Какой чиновник поставит подпись под документом, где будет сказано, что животноводство мешает экономике Еврейской автономии развиваться семимильными шагами?!
Олег КОТОВ