Сообщений от людей, располагающих информацией о ДТП 2 мая 2019 года, в 22:15, в районе автобусной остановки между Николаевкой и Приамурским, очень ждут Лариса Васильевна Кругликова (тел. 8-924-103-71-72) и Екатерина Александровна Школьная (тел. 8-924-100-46-06).
БИРОБИДЖАН, 21 марта, «Город на Бире» — Второго мая 2019 года Александр Анатольевич погиб, пытаясь оказать помощь пострадавшим в другой аварии. Его самого сбил случайный лихач, скрывшийся с места происшествия. Ни личность преступника, ни марка автомобиля до сих пор не установлены.
ПОЗДНО ВЕЧЕРОМ, в начале одиннадцатого, Александр Анатольевич и Лариса Васильевна Кругликовы, их дочь Екатерина и зять Дмитрий Школьный на своём автомобиле возвращались из кафе, расположенного в Приамурском посёлке, домой в Николаевку. По пути их обогнала подозрительная иномарка. Она петляла по дороге, пересекая сплошную и вынуждая встречные автомобили уворачиваться от столкновения. Позже окажется, что её водитель был изрядно пьян. ДТП с участием этой иномарки было предсказуемым, если не сказать неизбежным. Оно случилось в районе автобусной остановки на 2154-м километре федеральной трассы «Амур».
Дмитрий, который был за рулём, заметил, что из повреждённого авто выпал мужчина, и остановился, чтобы оказать помощь пострадавшему. Он пересёк дорогу и начал звонить по номеру 112. Его тесть и тёща к этому времени тоже находились возле одной из разбитых машин. Неожиданно со стороны Николаевки раздался рёв автомобиля. Александр Анатольевич успел раз или два махнуть рукой, привлекая внимание неизвестного водителя к месту ДТП, но уже буквально через секунду тот сбил мужчину и ушёл в сторону Хабаровска, даже не притормозив.
Родные запомнили только резкий свет фар от светлой легковушки и ненормально громкий рёв двигателя, как будто машина была вовсе без глушителя.
Лариса Васильевна очнулась на обочине, около металлического ограждения, некоторое время она была без сознания. С места происшествия её увезли на скорой. Сутки женщина провела в николаевской больнице, на следующий день её осмотрел врач из Хабаровска, назначил лечение и выдал больничный лист до 16 мая 2019 года.
Ни Дмитрий, ни сама потерпевшая по сей день не знают, при каких именно обстоятельствах она получила травму: то ли неизвестная машина задела по касательной и её, то ли любящий муж в последний момент оттолкнул её с такой силой...
Дедушка у Марьяны теперь есть только на фотографиях.
ДМИТРИЙ не растерялся: он служит дознавателем в системе МЧС, а это вам не какой-нибудь офисный планктон. Вызвав на место происшествия представителей правоохранительных органов, он по собственной инициативе отправился искать сбежавшего лихача.
Автомобиль мог либо уйти за мост, либо свернуть направо к дачному массиву, где много дорог и отворотов. Ворота, ведущие на территорию дачного товарищества, были закрыты, их никто не открыл. Проверка автомобилей на хабаровской стороне моста тоже результатов не дала. Машину можно было отследить по камерам видеонаблюдения, но на это нужны полномочия. Пытались ли это сделать полицейские следователи, потерпевшим неизвестно.
ТАЙНА СЛЕДСТВИЯ – два ключевых слова, за которыми удобно прятать безответственность перед потерпевшими и законом, профессиональное бездействие, отсутствие элементарного человеческого сострадания.
С трудом верилось, что факты, изложенные в письме Ларисы Кругликовой (на фото) к нам в редакцию, имеют место в реальности:
«По факту гибели моего мужа следственным отделом по Смидовичскому району 06.05.2019 было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ. Об этом меня уведомили письмом от 07.05.2019. Всё! На этом меня оставили в покое! Я, может быть, не очень подкована юридически, но всё же понимаю, что в таких случаях людей, ставших очевидцами преступления, вызывают к следователю, допрашивают, признают законными представителями потерпевшего. В моём случае этого до настоящего времени не произошло».
Дмитрий Школьный говорит, что оперативники Смидовичского отдела полиции проверяли информацию с каких-то камер наблюдения на трассе. Ему даже показывали фотографии отдельных машин. Какие-то из них отрабатывались на причастность к ДТП. Но что касается работы следствия, то я с ужасом и возмущением узнал, что Ларису Кругликову признали потерпевшей и впервые допросили 18 февраля 2020 года – в день, когда её письмо пришло в редакцию. То есть спустя почти девять месяцев после происшествия. И только 3 марта 2020 года у следователя нашлось время допросить в качестве свидетелей двух главных очевидцев происшествия Дмитрия и Екатерину Школьных.
Впрочем, сами работники предварительного следствия не видят в ситуации ничего критичного. Во всяком случае, такое впечатление создаётся после прочтения ответа начальника СУ УМВД России по ЕАО К. В. Трюхана на запрос редакции. Будто не зная о грубых нарушениях норм УПК, полицейский чиновник сообщает, что Кругликова Л. В. признана потерпевшей и допрошена в указанном статусе. Далее в письме обозначено: «В настоящее время преступление остаётся нераскрытым, вместе с тем, путём проведения следственных действий, органами предварительного следствия принимаются меры, направленные на установление лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого. Длительный срок расследования уголовного дела обусловлен необходимостью проведения судебных экспертиз, без которых принять законное и обоснованное решение не представляется возможным». Вот оно как, оказывается!
ЗАКОН РФ «О средствах массовой информации» не даёт журналистам право знакомиться с материалами уголовных дел. И это правильно. Я и сам, работая когда-то следователем, своих нынешних коллег к ним не подпускал. В данном случае соблюсти закон оказалось совсем не трудно. Из самого первого разговора с Ларисой Васильевной стало ясно, что из экспертиз, о которых руководитель следствия пишет во множественном числе, проведена лишь одна, да и та назначена только в июле 2019 года. Следователь даже не истребовал медицинские документы Ларисы Кругликовой, которая тоже пострадала в результате ДТП, не назначил судебно-медицинскую экспертизу трупа Кругликова. Методика раскрытия и расследования преступлений, связанных с ДТП, предусматривает исследование одежды потерпевшего, на которой могут быть следы транспортного средства: осколки стекла, пластмассы, отпечатки шин... Но одежду Кругликова никто даже не изъял из морга и она была утилизирована. Это результат самого поверхностного знакомства с «мерами, направленными на установление лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого». О возможности проведения других следственных действий и оперативно-разыскных мероприятий я просто не имею права писать, дабы реально не навредить работе бывших коллег.
НАЗЫВАТЬ вещи своими именами привык прокурор ЕАО Заурбек Джанхотов. Дело Кругликова он изучил после того, как вдова Александра Анатольевича пришла на личный приём.
– Это уголовное дело фактически не расследовалось, – констатировал Заурбек Магометович, – контроль и надзор за следствием осуществлялись крайне плохо. Мною дано указание о направлении представлений в адрес УМВД России по ЕАО, а также в Министерство внутренних дел России о дисциплинарной ответственности лиц, допустивших волокиту предварительного следствия. Сотрудник прокуратуры, осуществлявший надзор за расследованием этого дела, из органов прокуратуры области уволен. Сейчас готовятся требования прокурора о выполнении ряда следственных действий и оперативно-разыскных мероприятий, направленных на раскрытие и расследование преступления.
ИЗ ПИСЬМА Л. В. Кругликовой в редакцию «Ди Вох»:
«Почему я обращаюсь к вам? Просто есть надежда, что через средства массовой информации можно найти хоть какую-нибудь зацепку: кто-то стал очевидцем ДТП, кто-то мог в тот вечер повстречать машину со следами ДТП (удар был сильный, мой муж был крепкого телосложения), кто-то мог ремонтировать машину с явными признаками ДТП – люди разные, у каждого своя гражданская позиция, кто-нибудь да не останется равнодушным к нашему горю. Муж шёл спасать чью-то жизнь, а поплатился своей…»
Александр ДРАБКИН